12109dc1     

Владимиров Виталий - Колония



Виталий Владимиров
К О Л О Н И Я
Как бесконечно долог этот путь
В лесу густом, непроходимом,
Но прежде, чем навек уснуть,
Мне весь его пройти необходимо.
Дж. Неру
"...пусть люди забудут обо мне на следующий
день после похорон, это меня не трогает; я
неотделим от них, пока они живы, неуловимый,
безымянный, сущий в каждом, как во мне самом
присутствуют миллиарды почивших, которых я не
знаю, но храню от уничтожения; но если
человечество исчезнет, оно в самом деле убьет
своих мертвых."
Жан-Поль Сартр
"Главное, товарищи - это творческая
направленность необходимых взаимоотношений."
Из выступлений на собрании
Глава Первая
...На белой веранде сквозь стеклянные пластинки, заросшие атласными
морозными узорами, искоса, но сильно пробивалось солнце. Дверь не
открывалась - за ночь намело сугроб у порога, я с трудом его отодвинул,
боком протиснулся на крыльцо и, задирая валенки, пошел лесом на поляну.
Льдистый снежок, сухо шурша, ссыпался в воронки моих следов, сверкающим
вздохом оседал с мохнатых елей на горностаевые сугробы, нечасто утыканные
свалившимися шишками да утонувшими в снегу обломками веток. Солнце кололось
искрами белого покрова, переливалось перламутром сосулек, родниковая
свежесть холодила лицо, тихо обдувала шею, проникала сквозь мохнатую клетку
свитера, надетого на голое тело.
Я встал посреди поляны, зачерпнул обеими ладонями горсть снега и рас-
тер занемевшее на мгновение лицо. Кровь разогналась, пробежала волной по
ставшей горячей коже, и я вдохнул всей грудью чистоту нашей русской зи-
мы...
Дурным, истошным голосом заорал павлин в соседнем саду, потом высоко
взвелся голос разносчика - каждое утро, проходя мимо наших окон он кри-
чит что-то очень похожее на "Бо-о-о-ли-и-ит!" - и я проснулся.
Глухо рыча, работал кондиционер, гнал слабый ветерок, обдувавший мок-
рое от пота лицо. Желанная зима опять явилась сном- обманом и исчезла
вместе с пробуждением.
Я откинул влажную простыню, сунул ноги в плоские шлепанцы с петлями
для больших пальцев и пошаркал в ванную комнату. Облицованный серым мра-
мором куб пространства уже с утра был будто налит духотой. Я встал под
душ, отвинтил кран до отказа. Из металлической розетки, прохрипев нутром
труб, пролились несколько струек воды и иссякли.
Опять в баке нет воды.
Я завинтил кран, вылез из ванной и, ощутив на мгновение облегчающую
свежесть спальной, прошел в душную столовую, поднял трубку внутреннего
телефона и позвонил на ворота, сторожу. Он поднял трубку после третьего
вызова:
- Да, сэр, - услужливо спросил он.
- Да, сэр, водяной насос, - ответил он и замолчал.
- Водяной насос, - повторил я.
- Водяной насос, сэр, - повторил он с готовностью.
- Водяной насос, - сказал я, свирепея.
- Нет воды, сэр.
Я бросил трубку на рычаг. Тут уж ничего не поделаешь.
Вспомнилась песенка: "О, Рио-де-Жанейро, чего же там только нет - и
днем воды там нету, а ночью света нет." Врет песенка - в Рио как раз все
было. А здесь, как говорили классики, явно не Рио.
Подошел к большим, во всю стену, дверям и раздернул шторы. Двери
двойные - наружные с припудренными пылью стеклами, внутренние - с сетка-
ми против москитов и всякой другой летающей нечисти: мух, ос...Здесь ле-
тают даже тараканы и мыши.
Экзотический пейзаж за прямоугольником дверного проема на балкон -
как картинка фотообоев. Откинули спинки алюминиево-трубчатые плетеные
кресла. Балкон, сложенный из квадратов мраморной крошки, повис над не-
большим, покрытым коротко стриженной травой двориком



Назад